Спорные вопросы о сущности развития личного подсобного хозяйства


Вскоре после публикации фельетонов о рынке с улицы маршала Малиновского мне пришлось побывать в одном из хозяйств севера республики. Председатель колхоза как о чем-то выдающемся рассказывал мне, что большинство колхозников за лето и осень успели откормить по два быка. Два быка — это примерно три тысячи рублей на рынке, а по закупочным ценам — две с половиной. Проблему мяса — даже в масштабах государства — председатель предложил решать именно таким путем: по два быка да по тонне комбикорма на двор — вот и вся проблема.

Не знаю, где и как этот председатель изучал Продовольственную программу СССР, но в сугубо индивидуальной беседе он толковал ее именно так. Он ли один? Вряд ли. Из грандиозной программы переустройства всего сельского хозяйства страны, перевода его на интенсивный путь развития выдергивался один-единственный абзац — о развитии личных приусадебных хозяйств (ЛПХ), выдергивался и толковался довольно своеобразно.

Два быка в год — это хорошо или плохо?

Я думаю, что очень хорошо, когда в годы непогодиц и бескормиц страна потеряла значительную часть поголовья крупного рогатого скота. Хорошо, когда вот такими — даже такими! — мерами мы сумели относительно быстро его восстановить. Но из рук вон плохо, когда хозяйственник видит в ЛПХ панацею от всех бед на ниве производства мяса.

Тогда же мне пришлось побывать и на Редюмарском комплексе по выращиванию нетелей, что в Дондюшанском районе. Там оператор по откорму тоже зарабатывает в год около трех тысяч рублей, но он за этот год выращивает примерно 370 нетелей. Выходит, что производительность его труда в общественном производстве в несколько десятков раз выше, чем могла бы быть в личном хозяйстве. К тому же себестоимость килограмма привеса на комплексе раз в пять-шесть ниже. Вот и вся арифметика. И я изложил ее председателю.

— Ты что же против решений майского Пленума ЦК? — он чуть ли не угрожающе уставился на меня. Казалось, я вижу не два его глаза, а один-единственный, в середине лба. Я понимал, что короткое и одноглазое зрение обывателя от начальственного кресла упирается именно в тот единственный абзац Продовольственной программы, где речь идет о поощрении развития ЛПХ, что это зрение не проникло и не собирается проникнуть в соседние абзацы, в суть всей Программы. Нет, я двумя руками «за». А вот против их толкования во мне восстают не только руки — каждая клеточка. Личное подсобное хозяйство потому и именуется подсобным, что не является и не должно являться ни в кои времена основным источником существования сельского жителя. Но оно должно быть, должно развиваться, должно приобретать черты, соответствующие характеру нашего времени и характеру нашей экономики — характеру нашего образа жизни, наконец. Негоже, когда колхозник бегает в магазин за петрушкой, картошкой, редиской или десятком яиц. Негоже, когда он ждет поступления в магазин молока, чтобы купить его себе на завтрак. Куда удобнее и целесообразнее, чтобы все это шло к столу от его личного приусадебного хозяйства, и он посещает только такие магазины, как магазин дьюти фри. Между прочим, в Продовольственной программе на этот счет так и записано: «…создать условия для того, чтобы каждая семья, проживающая на селе, могла иметь приусадебный участок, содержать скот, птицу».

Заметим и подчеркнем: «могла иметь», а не могла произвести для того, чтобы продать. Насчет «продать»— начало следующего абзаца программы: «Потребительской кооперации организовать своевременную закупку излишков сельскохозяйственной продукции у населения». Вот как!

Оставить комментарий

*

Реклама